29
06, 2013

У Президента состоялось обсуждение вопросов эффективного управления бюджетными средствами и снижения коррупционных рисков

 

У Президента Сержа Саргсяна сегодня состоялось обсуждение вопросов эффективного управления бюджетными средствами, усиления контроля за осуществляемыми государственными программами и снижения коррупционных рисков.

Во встрече приняли участие Премьер-министр РА Тигран Саркисян, Вице-премьер-министр, Министр территориального управления Армен Геворкян, Секретарь Совета национальной безопасности Артур Багдасарян, Руководитель Аппарата Президента Виген Саргсян, Генеральный прокурор Агван Овсепян, директор Службы Национальной безопасности Горик Акопян, начальник Полиции Владимир Гаспарян, главный советник Президента Арам Гарибян, председатель Контрольной палаты Ишхан Закарян, председатель постоянной комиссии НС по финансово-кредитным и бюджетным вопросам Гагик Минасян, руководитель аппарата Правительства Ваче Габриелян, Министр финансов Давид Саркисян, Министр юстиции Грайр Товмасян, начальник Контрольной службы Президента Ованнес Овсепян, начальник Специальной следственной службы Ваграм Шагинян, начальник управления защиты государственных интересов Генеральной прокуратуры Армен Никогосян, заместитель председателя Контрольной палаты Левон Ëлян.

 

***
Вступительное слово Президента во время обсуждения

 

Здравствуйте,

Сегодня мы собрались, чтобы продолжить наши обсуждения вопросов эффективного управления бюджетными средствами, усиления контроля за осуществляемыми государственными программами и избавления от коррупционных звеньев. По этой теме мы в течение последних лет провели многочисленные обсуждения. Я думаю, что нам удалось достаточно укрепить контрольный компонент, и сегодня кто-либо, кто намерен делать какие-то махинации, не может быть спокоен, что завтра за ним не придут и не потребуют объяснений. Я думаю, что это чрезвычайно важное достижение. У нас есть прогресс и в вопросе упорядочения, а также в технико-организационном вопросе процесса организации закупок. Это реальность. Но очевидно, что это всего лишь начало большого процесса.

Да, основные схемы, которые работали годами и, если быть честными, должны сказать, десятилетиями, всем нам известны. Мы видели многочисленные случаи, когда проводимые ведомствами конкурсы выигрывали одни и те же организации или одни и те же люди, которые стояли за этими организациями. Мы видели многочисленные случаи, когда приобретенные по государственным закупкам товары и услуги стоят дороже, чем они имеются в наличии на рынке. Мы видели многочисленные случаи, когда эти конкурсы выигрывают организации и люди, которые не имеют отношения к этим сферам. Строительные конкурсы выигрывали, и сейчас выигрывают люди, которые не имеют отношения к строительству. Затем эти работы на каких-то условиях бывают вынуждены выполнять посредством других. Я говорю не о классических способах. И наихудшее в том, что в таких случаях документы составляют очень правильно, в соответствии с буквой закона. И во многих случаях таких людей схватить за руку бывает трудно. Но мы очень четко знаем или хотя бы подозреваем, что это тот случай. Я говорю следующее: правильное составление документов еще не является гарантией, что процесс идет справедливо, эффективно и приемлемым для государства путем. То есть, в таких случаях нам не всегда удается эффективно использовать государственные средства, в то время как мы обязаны делать это. У нас просто нет другого пути, и наши усилия в этом направлении, конечно, мы должны прибавить. Да, на этом этапе, когда государство само громче всех говорит об имеющихся недостатках, публично указывает рисковые сферы, у нас также может быть общественное восприятие, что все и повсеместно коррупмировано, коррупция якобы растет, государственные средства якобы повсеместно разворовываются, тем более, что у нас нет недостатка в тех, кто занимается спекуляциями. Мы эту опасность очень хорошо понимаем. Но это тот неизбежный путь, который приведет нас к желаемому результату. Мы не можем, как раньше, все держать под замком, чтобы не иметь восприятия роста коррупции и одновременно надеяться, что когда-нибудь процессы войдут в желаемое русло. Так не бывает. Мы первыми публично подвергли и будем подвергать порицанию эти явления, мы первыми будем указывать на воровство, мы будем первыми говорить о недостатках, чтобы создать против этого расшатывающего основы государства явления такую среду общественной нетерпимости, которая не позволит, чтобы завтра у кого-либо прошла мысль пойти этим путем. Сейчас у нас создалась ситуация, когда все говорят об этих явлениях, но одновременно процессы упорядочения идут вперед. Может быть, такая атмосфера неприятна для наших чиновников, но, повторяю снова, у нас нет другого пути. Это та цена, которую мы должны заплатить, чтобы выйти на правильный путь. И я уверен, что это время в обозримом будущем, не очень далеко.

Сейчас хочу поговорить о нескольких конкретных вопросах и сказать, что у меня есть несколько замечаний, которые я хочу адресовать руководителям различных структур и, конечно, ожидаю также выступлений или оценок руководителей этих структур, чтобы мы смогли прийти к общему и правильному выводу.

Господин Премьер-министр,

Я вижу, что Вы уже поручили ответственным всех ведомств попунктно рассмотреть и коснуться указанных вопросов. Призываю Вас сделать это быстро, открыто, прозрачно. У нас нет повода бояться или опасаться каких-либо фактов. Эти вопросы, будь они структурного, уголовного или какого-либо иного характера, должны быть решены и решены быстро. Есть проблемы, где руководители ведомств или Правительство затрудняются сориентироваться, уголовного ли это характера дело или чисто организационного? Быстро направьте его в соответствующие органы. Это будет Вашим самым правильным, самым лучшим ответом на звучащую критику. По моему мнению, изучения Контрольной палаты предполагают обязательные решения. Они не для того, чтобы заслушать и идти вперед, не для обсуждения в различных рамках, а для исправления ситуации. По крайней мере я так думаю. Мы после наших предыдущих обсуждений следим за выполняемыми работами. Придаем важное значение всем тем шагам, которые должны вести нас к:

- устранению проблем, имеющихся в поле электронных закупок. Мы договорились о сроках и прошу четко придерживаться этих сроков.

- получению, ведению и в установленном порядке опубликованию отчетов о закупках. И не нужно опасаться, что после опубликования этих отчетов через 1, 2 или 3 дня местная пресса начинает писать, что 300.000 драмов израсходовали на угощение, 700.000 драмов израсходовали и т.д. Если они расходуются созвучно нашим целям, в соответствии с программой и расходуются честно, в чем проблема? И нужно призвать руководителей ведомств, чтобы сразу не принимали позу обиженного, не говорили, что приехала делегация, и мы всего за 1 млн драмов сумели все расходы покрыть, а про нас пишут, что мы потратили 1 млн драмов. Ну и пусть пишут. Если здесь нет проблемы, зачем мы должны принимать позу обиженного?

- скоординированной деятельности центра по содействию закупкам, министерства финансов и заказчиков. Это чрезвычайно важно. И эти три единицы, действительно, должны скоординированно работать и должна быть видна роль координатора.

- сокращению случаев выполнения всеми организациями-заказчиками закупок у одного лица. Но здесь хочу сделать определенные пояснения, потому что я замечаю явления, когда это наше требование пытаются использовать во зло, пытаются использовать в качестве повода и сказать, поскольку мы ограничены в вопросе выполнения закупок из одного источника, что мы вынужденно объявили конкурс и во время конкурса были вот такие предложения. То, что я сказал, не относится к тем случаям, когда в конкурсе участвует ограниченное количество поставщиков, цены на предлагаемые которыми услуги и товары очевидно выше их реальной стоимости. Хочу привести конкретный пример, связанный с приобретением лекарств. Вся эта история, связанная с инсулином, когда годами мы приобретали инсулин по высоким ценам, если не ошибаюсь, около 4500 драмов за 1 флакон, и когда поняли это, увидели, попытались приобрести из одного источника, появились люди, которые предложили по более низкой цене, чем данный источник, который предлагал вдвое дешевле, и насколько дешевле, в 2-3 раза дешевле. То есть, очевидно, что здесь есть махинация. И ни Правительство, ни министр в случае таких вопросов не должны подолгу размышлять, что завтра нас будут критиковать, говорить, что этот дал в 2 раза меньше. Разве не очевидно, почему этот дал в 2 раза меньше? Кто может критиковать какого-либо министра, если этот министр приобретает данный товар из одного источника по более низким ценам?

- И, конечно, мы должны достичь существенного повышения уровня личной ответственности руководителя ведомства. И это не должно носить формального характера, мы не должны заниматься буквоедством, а должны суметь правильно оценить действительность. А для меня будет более приемлемым, если руководитель ведомства, сохраняя, конечно, качественные показатели, снизит цены на товары и услуги, чем тот руководитель, который должен руководствоваться буквой закона, но в результате будем иметь приобретенные по непонятным ценам товары и услуги.

Сейчас по части Контрольной палаты.

Господин Закарян,

Мы должны сберечь, сохранить то восприятие, что каждая программа находится под неусыпным контролем, а имеющиеся недостатки будут неизбежно выявлены и потом получат свою оценку. Все должны понять, что то, что они сегодня сделают, совершенные ими ошибки, преступления завтра обязательно будут выявлены. Здесь не может быть другого мнения. Все ведомства должны чувствовать взгляд Контрольной палаты, руку Контрольной палаты, но это, конечно, не должно быть в результате нарушения предусмотренных законом сроков или в результате незаконных действий.

Но у меня также есть несколько замечаний, которые нужно обязательно учесть. Прежде всего, темп работы не должен сбрасываться независимо от каких-либо обсуждений. И, как я сказал, все должны ощущать зримое или даже незримое присутствие Контрольной палаты. Во-вторых, палата должна быть принципиальной по отношению ко всем программам и в равной степени объективной во всех случаях. Крайне важно, чтобы недостатки выявлялись не через 1, 2, 3 года, а в процессе. Это нормальное, профилактическое действие, которое нужно осуществлять, и это будет намного более эффективно. И наконец, поскольку мы работаем в открытом, гласном поле, должны суметь быть наиболее сбалансированными в наших высказываниях и оценках, чтобы не навредить другим процессам вне наших функций, чтобы не было излишних восприятий в обществе. Дело палаты – выявление проблем, вместе с порождающими их всеми структурными, регламентирующими и человеческими факторами.

Профессиональный орган, выступая устно или письменно, должен, обязан выдвигать только факты, реалии или анализ и, естественно, измеримые и сопоставимые результаты изучений. Точно так, как работает наша Национальная статистическая служба. Я не представляю, чтобы кто-либо сумел вывести Степана Мнацаканяна из русла или заставить, чтобы он объяснил причины или последствия какой-либо из опубликованных им цифр. Дело Степана Мнацаканяна – констатировать, какой у нас есть экономический рост, например. Не его задача говорить, что Министерство экономики работало плохо, и поэтому у нас экономический спад. Это задача совершенно других людей, это задача политических деятелей, задача вышестоящих инстанций, задача экспертов, наконец, это задача различных специалистов, задача всех, кроме конкретного профессионального органа.

Я вообще представляю деятельность Контрольной палаты как деятельность сильной аудиторской компании. К сожалению, во многих случаях наша Контрольная палата вылилась в инспекционный орган, в простого ревизора. И если посмотрим отчеты и результаты проверок, то сразу увидим, что речь идет только о финансовых нарушениях. Если такой итог, зачем мы создали Контрольную палату? Если Контрольная палата будет выполнять ту же работу, что и инспекция финансового контроля Министерства финансов, то зачем создали, зачем назвали независимым органом, почему выплачиваем самую высокую в нашей стране зарплату? Держим гигантский аппарат. Здесь мы должны очень серьезно заниматься и перестройкой деятельности, и, если необходимо, то и законодательными изменениями. Вы должны ясно понимать, что никто не собирается выслушивать Ваше мнение. Всем все равно, какого Вы мнения о прокуратуре или о ком-то другом. Разочарованы Вы или воодушевлены, это Ваша личная проблема. Можете говорить об этом у Вас дома. Если придете в мой кабинет, можете в моем кабинете говорить об этом. Председатель Контрольной палаты какое имеет право делать такие публичные заявления? И если такого высказывания в каком-то случае не было, об этом пишет пресса, председатель Контрольной палаты обязан дать прессе разъяснения. В таком случае как будет, скажем, например, если руководитель Специальной следственной службы начнет оценивать работу Контрольной палаты? До чего мы так дойдем? И вообще сказанное относится не только к Контрольной палате. Должностное лицо должно отвечать за свои высказывания.

Если должностное лицо где-то выступает, дает интервью, нужно работать над этим выступлением, над этим интервью. Если кому-то кажется, что люди, просто идя по улице, могут обернуться и вдруг начать говорить о проблемах экономики или вообще о проблемах нашего общества без подготовки, эти люди не могут дать пользы нашему государственному строительству. Если я созываю такое совещание и в основном зачитываю, это не от того, что я не могу все сказать устно. Мы все в этих вопросах должны быть очень осторожными. Кто-то всегда более эмоционален, другой спокойнее, потише. Но это не означает, что мы с различных трибун, с разных мест должны пытаться делать наш личный пиар. Исключено. Я категорически против таких подходов.

Касательно прокуратуры.

Господин Овсепян,

Ваша задача – быть четким и выполнять требования закона. Независимо от того, Контрольная палата направила Вам отчет или не направила. Опубликовано, прозвучало, обязаны изучить и дать этому правовую оценку. Если председатель Контрольной палаты заявляет, что 70 процентов нашего государственного бюджета – 701 млрд под угрозой, очевидно, что это очень неправильное и недальновидное заявление. Вам нужно всего 2-3 дня, чтобы пройти по этому отчету и выступить с заявлением, сказать: уважаемые граждане РА, в отчете Контрольной палаты есть подозрения в случаях хищения всего лишь 200 или 300 млн драмов, все остальное сказки. Это Ваша прямая обязанность. И правильно это, а не то что звонить председателю Контрольной палаты и говорить: почему ты так сделал. Это узнал ты, узнал председатель Контрольной палаты. Но все общество говорит о том, что слопали 700 млрд денег. Простой гражданин имеет право так думать, но каждый из нас понимает, ведь это 70 процентов нашего бюджета, и эти 700 млрд драмов не для осуществления услуг или строительства, не для приобретения услуг или товаров или осуществления строительства. Ведь очевидно, что это число прозвучало умышленно, чтобы всем было понятно, почти 1/3 этой суммы распоряжается Министерство обороны, а почти 50 процентов средств, которыми распоряжается Министерство обороны, это зарплата. То есть, кто ему дает право делать такие заявления и после этого не получить ответ. Это недопустимо. Но это ваше дело, вы должны это сделать. А в тех случаях, где есть преступления, пожалуйста, возникают иные вопросы: кто направил этот материал в прокуратуру, почему направили или почему не направили? Что значит направить, не направить? Прозвучало, опубликовано, нужно проверить. Но нужно не то что проверить и замолчать, а проверить и сделать об этом заявление. Мы должны во всех этих случаях работать так, как работали во время выборов. Когда делается заявление, оно сразу учитывается, дается оценка и об этом публично объявляется. Значит, я ожидаю от правоохранительных органов четких оценок во всех случаях, но хочу, чтобы и вы, и Специальная следственная служба, и следственный орган полиции отказались от имевшей место в прошлом практики в том смысле, что где-то есть факт, сразу начинают распространять, расширять и охватывать все наше экономическое поле. Если говорилось о какой-либо организации, идти в эту организацию и начать проверять эту организацию по всем направлениям и потом имеющие с этими организациями связь другие организации и так далее, недопустимо. Мы так не можем работать: конкретный факт, оценка факта и затем – решение. И вообще, правоохранительные органы должны очень мало входить в экономику. Должны входить только тогда, когда в этом есть крайняя необходимость, когда есть очевидное преступление. Нужно дать людям спокойно работать. Для этого у нас есть налоговые органы, которые этим делом занимаются.

И наконец, конечно, мы будем также говорить, но не здесь, в Парламенте, о поведении политического большинства. Мы это обсудим в нашей партии, потому что это чисто партийный вопрос. Потом договоримся, как поступать в таких случаях.


***

После вступительного слова Президента Премьер-министр, Генеральный прокурор и председатель Контрольной палаты представили свои точки зрения и оценки относительно представленных в отчете Контрольной палаты в Национальном Собрании результатов изучений, обсуждаемых вопросов, а также меры, предпринимаемые в направлении решения имеющихся проблем.
 

← К списку